Бушуев Дмитрий Алексеевич

Воробьев Василий Георгиевич

Жихарев

Калашников

Сорокин Сергей Сергеевич

Ханоцкин

Харебов Владимир Тимофеевич

Леров Леонид Моисеевич (автор)

* * *

Принадлежность:

25 гв. нбап

Л. Леров 
// Сталинский сокол 29.01.1943

Короли воздуха

Солдат любит шутку. Но в том шутливом прозвище, которым сталинградцы окрестили «У-2», есть глубокий смысл. Бойцы его назвали так, как называют они могучие бронированные крепости. Завидев «У-2», пехотинец говорит: – «К. В.» летят...

И добавляет, расшифровывая:

– Короли воздуха...

Это уже не шутка. Это признание славы «У-2», славы людей, сумевших взять от этой машины, несложной её техники намного больше того, что мыслил сам творец самолёта Это признание славы новаторов авиации. Такими и знают участники великой битвы на Волге славных лётчиков лёгкой бомбардировочной авиации.

* * *

Немцу «У-2» был известен как лёгкий бомбардировщик. На Сталинградском фронте в дни самых напряжённых боев за город противник узнал, что это не такой уже легкий бомбардировщик, как ему вначале казалось. В эти же дни враг познал еще одно качество «У-2» – с самолёта начали стрелять из пулемета.

Гвардейцы подразделения Калашникова, получив самолеты с пулеметными установками, быстро изменили свою тактику. Они сразу же нашли те новые приемы, которые сделали «У-2» ещё более грозным самолетом.

Жихареву приказали бомбить железнодорожные эшелоны на ст. Карповская – тогда она была ещё на территории окружённой сталинградской группировки. Капитан отлично выполнил задание. Одна бомба попала прямо в вагон, другая – рядом. Вспыхнуло пламя. Лётчик развернулся и полетел домой. Вскоре капитан вновь вылетел бомбить эту станцию. Что же оказалось? Пламя, вспыхнувшее от первой серии бомб, погасло. Немцы успели потушить пожар. Тогда Жихарев решил пустить в ход пулемёт.

На путях стоял эшелон с паровозом. Лётчик снизился до 100 м. От самолёта оторвалась первая 100-килограммовая бомба. Самолёт изрядно тряхнуло. Раздался, взрыв. К небу взвились огненные языки. Рвались боеприпасы. Но на этот раз Жихарев, сбросив бомбы, не ушёл домой: он развернулся в сторону и стал виражить. Немцы, привыкшие к тому, что «У-2» отбомбится и уйдёт домой, бросились к эшелону тушить пожар. Но в этот момент неожиданно для врага заговорил жихаревский пулёмет. Ошарашенные немцы мгновенно разбежались по сторонам. Пламя перекидывалось с одного вагона на другой.

Как правило, лёгкие бомбардировщики действуют в одиночку. Появление пулемета на «У-2» натолкнуло гвардейцев на мысль бомбить железнодорожные станции целой группой. Инициатором явился Бушуев. Как всегда, Жихарев сразу же подхватил смелую мысль лётчика своей эскадрильи. И вот уже разработан план операций – налёт на одну из железнодорожных станций под Сталинградом группой в 3 самолёта, замысел был таков: ведущий сбрасывает САБ-25. Пока она горит, ведущий должен отбомбиться, отойти в сторону и своим пулемётным огнем подавлять всё, что мешает действиям ведомых, обстреливать всех, кто попытается погасить первую вспышку пламени.

С аэродрома поднялось звено самолётов. Ведущий – Жихарев, ведомые – Бушуев и Ханоцкин. Шли с потушенными огнями, на дистанции 15–20 м., следя друг за другом по огням выхлопных патрубков.

На станции стоял железнодорожный состав. В тупике чернели цистерны. Жихарев осмотрелся, снизился и сбросил САБ-25. Ослепительно яркий свет светящейся бомбы озарил весь посёлок. В это время лучи прожектора, стоявшего близ цистерн, поймали самолёт Жихарева. Он бросил бомбу, которая попала в цистерну. На станции стало ещё светлее. По самолету Жихарева открыли огонь 7 зенитных батарей. Но он не ушёл, пока не сбросил всех бомб и пока под прикрытием его пулемётного огня не отбомбилась вся группа.

* * *

На Сталинградском фронте «У-2» ломали все обычные представления о точности бомбового удара. Никогда не забудут бойцы 62-й армии, как на их глазах лётчики-гвардейцы, пробиваясь сквозь стену зенитного огня, бомбили точно указанные им дома, переулки, заводские корпуса. В этом овеянном славой городе лётчики знали каждую улицу, дом, переулок. Василий Воробьев ночью пошёл на разведку улиц Сталинграда. Летчик заметил двухэтажный дом. Из окон второго этажа строчил пулемёт, из нижнего этажа вырывались яркие вспышки – били миномёты. Воробьев вернулся на аэродром, доложил о результатах разведки и попросил командира:

– Разрешите ударить?

Ему разрешили. Каким зорким глазом надо было обладать, чтобы среди сотен домов найти именно тот, который час назад отплёвывался миномётным и пулемётным огнём! Воробьев нашёл этот дом и с выключенным мотором точно спланировал на него. Немецкий дзот в двухэтажном доме перестал существовать.

Разведчики на «У-2» – это лучшие друзья пехотинцев. Уточняя линию фронта, разведывая пути отхода войск противника, лётчики часто попутно выполняют поручения пехоты.

Харебов и Сорокин возвращались домой, когда увидели, что с земли им машут руками бойцы. Это было не обычное приветствие. Лётчик видел, как настойчиво пехотинцы приглашают его приземлиться. Харебов снизился до бреющего, убедился, что это свои, и сел.

Что же оказалось? Одно из подразделений этой части, вклинившись в расположение немецких войск, оторвалось. Где оно, каково его положение, – неизвестно. Командир попросил лётчика разыскать это подразделение и передать ему боевой приказ. Воздушные разведчики решили помочь пехотинцам. Данные они получили весьма скупые – им указали лишь ориентировочное направление, в котором нужно было вести поиски. Но для опытных разведчиков этого оказалось достаточно. Харебов и Сорокин разыскали подразделение наших войск, которому немцы уже готовили ловушку.

На обратном пути лётчик снова нашёл стрелковую часть, которая дала ему столь необычное поручение. И, снизившись до бреющего, Харебов сбросил вымпел – условный знак о том, что поручение выполнено.

С землю бойцы приветливо махали руками. И кто знает, быть может вдогонку стрекочущему «У-2» степной ветер понёс тёплые слова:

– Привет тебе, «К. В.»!

Л. Леров.

Южный фронт.