Козаков Валериан Михаилович

Кучеров Иван Гаврилович

Ломовцев Дмитрий Леонтьевич

Швырков Иван Кириллович

Корчагин Владимир Матвеевич (автор)

* * *

Принадлежность:

567 шап

Капитан В. Корчагин 
// Сталинский сокол 05.02.1943

Орден Суворова

В сумерки, после окончания боевых вылетов, майор Ломовцев вернулся в хату. У него сильно болело горло.

«Привязалась же в такие горячие дни ангина», – с досадой думал майор.

Напрасно полковой врач, девушка Вера, старалась наладить лечение, клала порошки для полоскания на самом видном месте. Они и сейчас лежали, аккуратно разложенные на старой газете.

– Опять Вера ругаться будет. Надо пополоскать, – сказал вслух Ломовцев, но в это время раздался негромкий стук в дверь хаты. Керосиновая «семилийнейка» осветила юношеское лицо переступившего порог человека.

– Товарищ майор, разрешите...

Не успел вошедший проговорить и пару слов, как очутился в объятиях майора, который крепко поцеловал раскрасневшегося юношу.

– Наконец-то возвратился, дорогой мой! Сегодня только узнал о твоей судьбе, – говорил с радостью Ломовцев.

Можно было подумать, что отец после долгой разлуки встретил на дорогах войны любимого сына. Но встретил Ломовцев не сына, а лётчика-штурмовика своего полка старшину Кучерова, который несколько дней назад не вернулся из боевого полёта.

– Ну, как? – спросил майор.

– Крепко фрицев рубанули, товарищ майор. А насчёт меня не беспокойтесь – цел и невредим. – ответил старшина.

Это было в первые дни наступления наших войск в районе среднего Дона. Наземные части продвигались вперёд. На правом фланге наступающих войск гитлеровцы, готовясь к контратаке, стягивали к одному из опорных пунктов танки, артиллерию и пехоту. Всё это маскировалось по оврагам и небольшим рощицам. Штурмовикам было приказано сорвать маневр немцев, рассеять и уничтожить вражескую группировку. Была сплошная облачность, а над Доном спускался туман. Это благоприятствовало вылету штурмовиков без сопровождения истребителей и скрытному выходу на цель, но усложняло пилотирование. На штурмовку вылетел майор Ломовцев в паре со старшиной Кучеровым. Придя в район цели на бреющем полете, оба штурмовика сбросили бомбы на скопление автомашин и танков. Ломовцев не выпускал из виду своего ведомого. Вот Кучеров направился к роще, где стояли замаскированные пять танков и десять автомашин. Всё покрылось огнём, дымом. Вместе с командиром Кучеров сделал третий заход, поливая гитлеровцев пушечным и пулемётным огнём.

Неожиданно из-под кромки облачности вынырнули 2 «Ме-109». Они хищниками устремились на штурмовика, зажали его с боков в клещи, поливая огнём из пушек и пулемётов. Ломовцев бросился выручать своего ведомого, пытаясь пушечным огнём отогнать немцев. В это время вторая пара вражеских истребителей набросилась на самого Ломовцева. Несколько минут продолжался неравный бой. Самолёт Кучерова начал терять управление, и Ломовцев видел, как его ведомый пошёл к земле.

– Эх, сволочи, подбили парня... Может, дотянет до своей территории. – мелькнула мысль в голове командира.

На израненном самолёте вернулся в этот день Ломовцев, потеряв своего ведомого в бою.

В бою потерять товарища, с которым бьёшься бок о бок, – большое горе Ломовцев остро переживал его. А теперь Кучеров сидит перед ним, живой и невредимый, правда, немного контуженный.

– Иди отдыхай, дорогой, – тепло сказал командир.

С уходом Кучерова Ломовцев посмотрел на стол, на котором попрежнему лежали порошки для полоскания горла. «Чудеса! Никак не полечишся», – посмеялся над собой майор. И действительно, трудно найти время для себя. С утра до сумерек приходится быть на аэродроме, расположенном поблизости от линии фронта, а вечером разрешать многие неотложные дела.

Вот и сейчас пришёл начальник штаба подписать наградные листы на отличившихся в боях. Среди них – командир звена Швырков. Это он неоднократно дрался на своём «ИЛ’ле» с вражескими истребителями. Однажды в его машине был разбит фонарь кабины. Более пятнадцати осколков впились в лицо, в глаза лётчика. Полуослеплённый, весь в крови привёл свой самолёт Швырков на аэродром и почти наощупь произвёл посадку. Много можно рассказать о подвигах молодых штурмовиков старших сержантов Комарова, Фильчикова, старшины Кучерова и других.

– Народ золотой, награды заслуживает, – говорит Ломовцев, подписывая наградные листы.

Однако и на этом ещё не кончается боевой день Ломовцева. Приходит его заместитель по политчасти тов. Козаков. Он рассказывает командиру о настроениях личного состава, о большом под’ёме среди лётчиков и техников в связи с наступлением Красной Армии. Ломовцев даёт указание проверить организацию питания, подхлестнуть неповоротливых хозяйственников из БАО. Много отцовской заботы проявляет командир вместе со своим заместителем о людях передового аэродрома, перенося вместе с ними тяготы боевой жизни.

Ломовцеву всего тридцать четыре года, но выглядит он старше своих лет. Война! Зато воля его окрепла за это время, а энергия заряжает даже девятнадцатилетних. Бывший студент электротехнического института Дмитрия Ломовцева стал подлинным главой полка, организатором сокрушительных ударов по врагу.

– За время отечественной войны мне посчастливилось окончить две академии, – говорит майор Ломовцев, – Академия имени Жуковского расширила мой военный кругозор, научила анализировать проводимые операции, обобщать боевой опыт. Большое спасибо этой академии. Война – вторая академия. Она научила меня применять теорию на практике, обогатила боевым опытом, пополнила и внесла поправки в тактику и оперативное искусство.

То, чего не могла дать академия, Ломовцев, приобрёл на войне. Вместе со своими лётчиками он показал на деле, что штурмовик можно использовать при известных условиях как ближний бомбардировщик, как разведчик, а порой и как истребитель транспортных и тихоходных бомбардировочных самолётов противника.

Особенно блестяще оправдала себя применённая Ломовцевым оперативная разведка со штурмовкой в сложной метеорологической обстановке. Боевая работа в осенних и зимних условиях характеризуется непостоянством погоды: туман, низкая облачность, дождь и снегопады чередуются иногда в течение одного дня. В интересах развития операции часто требуется провести разведку для уточнения линии фронта, наступления наших войск и путей отхода врага.

Боевой путь убедил Ломовцева, что в плохую погоду наилучший тактический приём для штурмовиков-разведчиков – полёт парой. Преимуществами этого полёта является прикрытие одного штурмовика другим и дублирование данных разведки на случай выхода из строя одного из самолётов.

Большое значение при полёте штурмовика на разведку с одновременной штурмовкой целей имеет радиосвязь. В одном из боевых вылетов, обнаружив скопление немецких танков, майор Ломовцев ударил по ним бомбами и снарядами, передав по радио наземным войскам: «Бью танки». Описав круг для второго захода, Ломовцев уточнил расположение переднего края: наших войск и уверенно нанёс удар по колонне автомашин. Одновременно он сообщил наземным войскам, действовавшим на заданном участке, о расположении и подходе сил противника. Но его данным, после штурмовиков стали действовать артиллеристы и миномётчики, которые нанесли большой урон фашистам.

Когда потребовалось провести сложную операцию по взаимодействию с наступающими наземными войсками северо-западнее Сталинграда, майор Ломовцев усадил своих лётчиков за учёбу. Он сам провел несколько лекций по тактике наземных войск Красной Армии и войск противника.

– Мне чтобы фрица по походке узнавать, – говорил в шутку майор.

Было произведено несколько тренировочных полётов, обобщены тактические приемы прошлых операций. Основное внимание командир уделил умению отыскивать цель.

Хорошая подготовка к боевой операции личного состава обеспечила её отличное выполнение. Штурмовики действовали в условиях плохой видимости, когда гитлеровцы меньше всего ожидали налёта. Особенно большое значение имело нарушение железнодорожных перевозок в тактическо-оперативной глубине противника. Здесь штурмовики действовали без прикрытия истребителей, причём радиус полёта в тыл противника доходил то 150–180 км. Только за двадцать самолёто-вылетов штурмовики уничтожили 12 железнодорожных эшелонов, один железнодорожный мост, взорвали склад с боеприпасами, повредили железнодорожное полотно.

Вся боевая деятельность полка и, в частности, эта сложная и важная операция показывают, какой умелый руководитель стоят во главе его. Майор Ломовцев, молодой талантливый командир грозных штурмовиков, награжден орденом Суворова третьей степени.

Капитан В. Корчагин.