Герои публикации:

Сафонов В. (автор)

В. Сафонов 

5 апреля 1242 года
// Сталинский сокол 05.04.1942

При колокольном звоне, с торжеством, слыша вокруг себя радостные клики, льстивые речи, видя толпы народа без шапок, в’ехал Александр в Новгород после победы на Неве. Но недолго пробыл Александр в Новгороде.

Что же так быстро развело его с новгородцами? Кто был прав, кто виноват? Через несколько столетий судить об этом нелегко. Церковь поздней назвала Невского «святым». Но он вовсе не был ни «святым», ни просто кротким, а, в отца, резким и властным, скорым в решениях. Новгородские же бояре, видя, что нависшая было гроза рассеялась, еще упрямей держались за все свои рублевые вольности. И к концу того же 1240 года Александр от’ехал в Переяславль...

Слуха долетали в Переяславль: «псы» уже были в Тесове и на Луге. В Копорье стучали топоры: там, в русской городе, строился бург. И римский папа, эзельский епископ Генрих, и рыцари делили дань с новгородских земель. Долгими зимними ночами полыхали деревни: то тешились рыцари – для забавы, на глазах матерей, вздев младенцев на пики, они кидали их в огонь; рабам вели общий счет с лошадями, коровами и «прочим скотом». Прослышав, что приближаются завоеватели, крестьяне снимались с насиженных мест и бежали в новгородские города.

Опять смертельная опасность нависла над Русью.

И новгородцы снова обратились к Ярославу, чтобы он прислал сына. А гордый Ярослав послал второго сына, – не ужились с Александрам, нате ж вам Андрея!..

Но ни Андрей, ни любой другой князь, а невский победитель был нужен Новгороду. Сам владыка – епископ Новгородский Спиридон поехал в Переяславль.

Александр не спорил.

Он начал с того, что железной рукой навел порядок в новгородских землях, которым угрожал враг, и отбил Копорье. В этот грозный час больше не должно было быть изменников вроде того Твердилы, который «правил» в Пскове. Александр беспощадно расправился с предателями: их трупы закачались на виселицах.

С новой стороны узнали новгородцы князя. Он не бросился очертя голову в скороспелый поход против рыцарей, как ждали этого многие. Кропотливо, настойчиво готовил он победу. В ожидании подхода суздальских полков он строил крепости. Нелегко, верно, далось князю это почти годичное выжидание. Он знал, что стонет, кровью исходит русская земля под тевтонской пятой. Он слышал ропот: «Ты ли это, Невский? Так ли ты медлил, идя на Биргера?».

Но он знал также, что предстоит борьба, неизмеримо более страшная, чем тогда, на Неве, и надо, чтобы победа была верной.

С холодным расчетом тевтонское рыцарское войско довело до высшего развития науку об истреблении людей. Их бурги окружались системой рвов, стен, башен, почти непреодолимой для атакующих. Были у рыцарей машины осадные и балисты, машины метательные.

Тевтоны действовали «железным клином». Острие этого клина составляли броненосные «неуязвимые» рыцари. Они прорывали расположение противника. А в прорыв вливались отряды наемников, «кнехтов», рыцарских слуг. Они подоспевали на поддержку рыцарей, развертывались и довершали разгром врага.

Русские называли этот тевтонский клин «немецкой свиньей».

Тогда, в 1241 году, немцы уже торжествовали победу. Они были в 30 верстах от Новгорода. И над лесами видели, может быть, отдаленное сверкание макушек новгородских церквей, да не дался им в руки Великий Новгород.

Когда подошли суздальцы, Александр двинулся вперед и смелым маневром вышел на коммуникации псковского немецкого гарнизона с его тылами. Затем, подготовив все, Александр взял Псков штурмом. «Младший брат» Новгорода был освобожден!

И, не давая врагу передохнуть, Александр устремился прямо в Ливонию, на немецкие земли. Как в дни Невской битвы, он действовал теперь со стремительной, дерзкой отвагой.

Изменился внезапно весь ход войны. Не так, как хотели рыцари, приходилось им воевать, но так, как хотели русские. Огромный успех, бесспорно, но еще не победа. У Александра не закружилась голова. Рыцарское войско оставалось не разбитым.

И ранней весной 1242 года, когда соединенные силы рыцарей двинулись прямо на Новгород, произошло то, что заставило военных историков поставить имя Александра в ряд с гениальнейшими полководцами всех времен.

Он предугадал и самое движение врага, и направление этого движения и выбрал место встречи.

У Вороньего камня, там, где Чудское озеро переливается в Псковское озеро, на льду русская рать ожидала тевтонов.

Со скалы на рассвете 5 апреля Александр увидел их. Тускло поблескивали доспехи, на плащах нарисованы мечи и черные кресты, ровно подняты копья. Слышался переливчатый визг труб.

Александр построил свои войска «пятком» (по форме римской цифры V). Получился как бы мешок, который должен был принять немецкую «свинью» и стиснуть ее с боков.

Это была тактика зажимания в клещи и отсекания тевтонского клина, – 700 лет назад применил ее Александр!

«Боже, рассуди мой спор с этим высокомерным народам!» – воскликнул он громко, и битва началась.

Острие «железного клина» прорвало ряды русских. Но не дрогнула рать Александра, не смутилась, не побежала. Не успела «свинья» развернуться, изрыгнуть из себя в прорыв «кнехтов», как мешок, приняв ее в себя, завязался, тиски сжались. Вышло, что не клин пронзил наши войска, но сам он окружен и раз’единен на части. Рыцари остались без поддержки «кнехтов». А сами они были довольно неуклюжи, неповоротливы в броне, вовсе беспомощны, если сбить их с коня. А их как раз сшибали удальцы Александра копьями, баграми, стаскивали крючьями, ловко увиливая от ударов рыцарских мечей. Лучники-снайперы попадали оперенными стрелами в смотровые щели шлемов. Рыцарским же «слугам» вовсе не дали построиться: они бились в куче, окруженные, оглушенные и бел поддержки рыцарей.

И, дрогнув, рыцари побежали. Они неслись по льду 7 верст «до Суболичского берега». Тут вот и сказался тонкий расчет Александра, – хитрый выбор места для сечи: весенний лед подламывался под тяжкими «живыми крепостями», выдерживая наших воинов. И холодные воды Чудского озера, Пейпус-озера, как называло его местное население, поглотили остатки рыцарей. Много веков лежат там на дне страшные и странные металлические скорлупы с начинкой из ила и человеческих костей.

Это был такой разгром тевтонских рыцарей, какого им еще никогда не приходилось испытывать. Эго была одна из самых поразительных побед в мировой военной истории.

5 апреля 1242 года тевтонское войско было целиком истреблено, почти никто не унес ног с Чудского озера. Зло было не слегка подрезано, как во время предыдущих походов русских князей в Ливонию, но вырвано с корнем – надолго. Враг отброшен далеко от русской земли.

В. Сафонов.