Ковалько

Малина

Нестеров Петр Николаевич

Пегу

Розенталь

Федоров В. (автор)

Подполковник В. Федоров 

Первый таран
// Сталинский сокол 24.04.1942

Из истории русской авиации

В героической истории авиации исключительное по значению место занимает наш русский летчик капитан Петр Николаевич Нестеров.

Сделавшись летчиком, Нестеров начал претворять в жизнь зародившуюся у него идею совершения «мертвой петли». Никто не верил в возможность осуществления этой «безумной» затеи. И тем не менее 9 сентября 1913 г. в г. Киеве на Сырецком аэродроме после долгой и упорной работы Нестеров сделал «мертвую петлю».

На это величайшее событие в истории мировой авиации царские сановники ответили летчику угрозами ареста на 30 суток за «риск казенным имуществом». Вокруг полета Нестерова создавалась нездоровая атмосфера. Он возбудил резкое недовольство в высших военных кругах. В печати начали появляться утверждения, что Нестеров ничего особенного не сделал, ибо «мертвая петля» была уже до него совершена известным французским летчиком А. Пегу.

В 1914 г. в Москву приехал Пегу, который совершил ряд полетов. Восторженные москвичи чествовали его в Политехническом музее, где присутствовали великий русский ученый проф. Н. Е. Жуковский и П. Н. Нестеров.

Пегу произнес речь, в которой признал себя первым совершившим полет вниз головой. Что же касается «мертвой петли», то, указывая пальцем на Нестерова, Пегу громко крикнул:

– Он первый!..

Это признание разрядило атмосферу и прервало начавшуюся было в иностранной печати кампанию против Нестерова.

Во время войны 1914 г. летчик во главе 11-го корпусного авиационного отряда 3-й армии отправился на фронт.

В период львовских боев австрийские самолеты летали на очень большой высоте, и стрельба по ним не давала результатов. 8 сентября три австрийских самолета появились над нашим расположением на сравнительно небольшой высоте. Нестеров совместно с летчиком Ковалько на «Моране» решил путем маневрирования заставить австрийцев спуститься в районе расположения наших войск, но вследствие неполадок в моторе ему это не удалось сделать.

Известный в Австрии летчик барон Розенталь, увидев, что русские летчики пошли на посадку, низко опустился к нашим ангарам и пытался их поджечь. Нестеров наспех привел свой самолет в порядок и один бросился вдогонку за уже уходившим врагом. «Моран» быстро догонял австрийца, подымаясь все выше и выше. Вот они уже на одной высоте...

Австриец заметил появление Нестерова. Видно было, как его «Альбатрос» начал слегка снижаться, чтобы уйти от преследования. Поравнявшись с неприятельской машиной, Нестеров с большой высоты натравил на нее свой самолет. С замиранием сердца многочисленные свидетели этой сцены ждали момента столкновения...

На высоте 600 метров Нестеров настиг тяжелый австрийский самолет и протаранил его колесами шасси своего «Морана». Обе машины зависли на одно мгновение в воздухе, затем комком отделился и упал мотор с самолета Нестерова, а за ним стал падать и самолет. С земли казалось, что машина спускается спиралью.

– Жив! Жив! – вырвалось из уст всех наблюдавших этот первый в мире воздушный бой – таран.

Но в следующее мгновение пришлось убедиться, что радость была преждевременной: метров за 60—80 от земли Нестеров выпал из самолета и упал в болото, разбившись насмерть.

«Альбатрос», продержавшись в воздухе несколько секунд после падения Нестерова, дал резкий крен и камнем упал на землю, перегнав кружившийся еще в воздухе «Моран». Удар самолета Нестерова пришелся прямо в летчиков и перебил корпус самолета возле мотора. Лейтенант Розенталь и унтер-офицер Франц Малина также погибли.

Прах Нестерова был торжественно погребен 12 сентября 1914 г. высоко над Днепром в Киеве. На могиле четко белела надпись, сделанная неизвестным автором:

«Путник, преклонись, здесь прах героя Нестерова».

Героизм основоположника высшего пилотажа, отца «мертвой петли» и воздушного тарана Петра Николаевича Нестерова воодушевляет наших отважных соколов в борьбе с кровавым фашизмом за счастье и величие великой социалистической родины.

Подполковник В. Федоров.