Ганичев Николай Николаевич

Ковальский Михаил Александрович

Новичков Борис Михайлович

Савицкий Евгений Яковлевич

Хрюкин Тимофей Тимофеевич

Михалков Сергей Владимирович (автор)

Эль-Регистан Габриэль Аркадьевич (автор)

* * *

Принадлежность:

3 иак, 205 иад, 871 БАО

С. Михалков, Эль-Регистан  
// Сталинский сокол 15.04.1944

В Крыму

Срытия на земле развертывались стремительно. Шел четвертый день наступления. Немецкий оборонительный пояс на Перекопе и Сиваше был разорван. Наши танки в темноте перешли к месту сосредоточения. Перед рассветом они ринулись в прорыв в центре крымских ворот. Танкам предстояло проскочить через минные поля, смять ряды колючей проволоки, преодолеть три полосы траншей и два противотанковых рва.

Летчики генерал-лейтенанта авиации Хрюкина, помимо задачи бить отступающие немецкие войска, получили еще одно особо важное задание − прикрыть с воздуха танковое соединение. Эти задание было возложено на летчиков−истребителей генерала Савицкого, блестяще зарекомендовавших себя в воздушных боях над Перекопом, Сивашем и Чонгаром.

За минувшие сутки штабы воздушного командования получили ценные разведывательные данные. Многие признаки указывали на ошеломляющий эффект первых дней фронтального наступления на Крым с севера, поддержанного на фланге внезапным броском Отдельной Приморской армии в глубь Керченского полуострова. Экипажи «Пе-2» и разведчиков-истребителей, пары свободных «охотников», летавшие над всем Крымом, доносили о прибытии групп транспортных самолетов на один из глубинных аэродромов, о большом оживлении в приморских портах. Было очевидно, что враг сознает шаткость своего положения на Крымском полуострове.

Танковый рейд, от которого в большой мере зависел успех крымской операции, начался в темноте. На рассвете туманы и дымка окутывали землю, сдерживая нетерпение истребителей, сидевшие в полной боевой готовности на аэродромах. Но вот погода позволила взлететь, и боевой день начался.

Протекал он в ожесточенных воздушных схватках. С радиостанции наведения то и дело летели в эфир предупреждения:

− Идут бомберы!

Немецких пикирующих бомбардировщиков перехватывали на подходах к цели наши свободные «охотники» и истребители прикрытия. «Мессершмитты» и «Фокке-Вульфы» носились над дорогами, пытаясь штурмовать наступаюшую пехоту и продвигавшуюся на юг артиллерию, но наталкивались на сопротивление наших истребителей. К шестнадцати часам уже состоялось тридцать групповых боев, в которых противник понес жестокий урон, потеряв сбитыми двадцать четыре самолета.

Из числа истребителей Савицкого, имеющих большой опыт штурмовок немецких аэродромов в Крыму, была выделена особая группа. Она внезапно и дерзко появилась над глубинным аэродромом, находящимся на пределе истребительного полета. Здесь их никак не ждали. Группе истребителей повезло. Они крепко проштурмовали прижавшихся к земле немцев и самолеты. Не потеряв ни одной машины, истребители Савицкого сожгли на аэродроме шесть «Ю-52», пять «Хе-111», два «Ю-87».

Танковое соединение ушло далеко на юг. К исходу дня было неизвестно, где находится голова колонны, как проходит движение танков − по намеченной оси или с отклонением? Генералу Савицкому необходимо было найти танкистов на просторе северо-крымских степей, узнать, как их дела, каковы планы на ночь, на утро, какую помощь ждет от генерала авиации генерал танковых войск на предстоящий день.

Майору Ковальскому была поставлена с исключительно трудная задача. Вылететь на «У-2» в район боев. Найти с воздуха танки. Уточнить их движение. Разыскать голову колонны и ее ответвления, если таковые имеются. Установить, где штаб соединения, сесть и выяснить у командира все вопросы, волнующие авиационного генерала. Наконец, узнать, почему молчит радиостанция наведения, посланная авиацией в колонну танков.

«У-2» − почти беззащитная машина. В воздухе много немецких истребителей. На земле запутанная обстановка. В тылу танков, на флангах и в тылах наступающей советской пехоты остались разрозненные немецко-румынские части. Поэтому с Ковальским вылетел опытнейший штурман подполковник Ганичев.

Ковальский и Ганичев прилетели из разведки в полной темноте, совершив посадку вслепую. Они возбуждены массой впечатлений.

Углубляясь на юг, разведчики обгоняли артиллерию на колесах и гусеницах, пехоту и мотопехоту на марше. Они подлетели к Джанкою, в котором еще не затихли бои, и, обойдя город с запада, продолжали лететь на юг. Огромное облако пыли было засечено в районе Джургунь. Шла большая колонна танков. Летчики обошли ее и сели у головных машин. Это оказалась одна из бригад разыскиваемого соединения. О том, в каком пункте находится генерал, можно было узнать лишь по радио.

Не теряя времени на вызовы рации генерала, экипаж полетел дальше и, методично обыскивая местность, на заходе солнца нашел, наконец, расположившуюся на ночлег танковую колонну.

Ковальский и Ганичев, выполнив задание, полетели назад, к северу. Они должны были теперь разыскать колонну автомашин, на которых двигалась передовая комендатура БАО майора Новичкова. Комендатура вошла в прорыв вместе с танковым соединением, имея задачу спешно подготовить в глубине Крыма аэродром для одного из истребительных полков Савицкого.

«У-2» пересекал дороги, кружил над деревнями, стараясь найти комендатуру БАО на территории, еще не полностью очищенной от противника. Уже в сумерки Ковальскпй и Ганичев заметили хобот автостартера, контуры бензозаправщиков, грузовых машин с авиационным имуществом. Это было то, что они искали.

Тут находились все, кому предстояло обслуживать летчиков-истребителей в эти горячие дни.

Ковальский и Ганичев доложили обо всем этом генералу, высказав уверенность что боевой БАО сумеет обслужить истребителей, если они перелетят на немецкий аэродром, на который только что ворвались советских танки и расстреляли пять «Юнкерсов» − последние немецкие машины, не успевшие улететь.

Да, это действительно боевой БАО, достойный обслуживать таких истребителя, как летчики Савицкого!

Генерал по телефону дал указание подготовить истребителей к перелету на освобожденный от немцев аэродром.

* * *

Уже полностью очищен Керченский полуостров, части Отдельной Приморской армии заняли Феодосию, войска 4-го Украинского фронта овладели городом Симферополь.

В Симферополе была офицерская школа. Утром всех офицеров погрузили на автомашины и бросили в бой. Через два часа из восьмидесяти офицеров осталось в живых двадцать, в том числе капитан, давший эти показания. Он пожимает плечами, он еще не успел опомниться.

Из Севастополя через Симферополь везли резервную часть. Не доехав до места назначения, часть расформировалась Вернее, ее расформировали наши танки. Враг в растерянности от стремительных ударов советских войск и от крупных потерь в своей живой силе и технике. Число пленных неудержимо растет. В одиночку и группами по 100 человек и больше тянутся они по пыльным дорогам Крыма. Летчики наших «У-2» на бреющем полете проносятся над их головами.

Горит земля у немцев под ногами.
Нас Балаклава ждет и Севастополь ждет,
В своих руках несет пехота знамя,
Что ветер с гор над Ялтой развернет.

С. Михалков.
Эль-Регистан.


(От наших специальных корреспондентов по телеграфу).
Крым.