Берестнев Павел Максимович

Глинка Борис Борисович

Глинка Дмитрий Борисович

Коваль Дмитрий Иванович

Кудря Николай Даниилович

Лавицкий Николай Ефимович

Микитянский Гедалий Давидович

Петров Михаил Георгиевич

Дзусов Ибрагим Магометович (автор)

* * *

Принадлежность:

45 иап

Подполковник Ибрагим Дзусов 
// Сталинский сокол 01.05.1943

Место асса в бою

В весенних боях на Кубани за короткий срок наш полк сбил 84 немецких самолёта. Мы потеряли девять машин, причём часть лётчиков спаслась на парашютах. Большинство немецких самолётов сбито ассами полка. Братья Борис и Дмитрий Глинки сбили до десяти машин, старший лейтенант Берестнев, лейтенант Лавицкий и сержант Кудря – по восьми, лейтенант Коваль – 7.

Это не случайное явление. Предварительные итоги воздушных боёв на Кубани показывают, что вообще большинство сбитых в воздушных боях фашистских самолётов принадлежит ассам – мастерам воздушного боя. Их смелость помножена на уменье, а ненависть к врагу и любовь к родине блестяще подкрепляются искусством манёвра и меткостью огня. Наши ассы выросли в боях. Сама жизнь их отбирала, выделяя из общей среды летчиков, как наиболее сильных, хитрых и жаждущих боя людей. Так создался драгоценный актив войны, авангард истребителей.

В боях с численно превосходящим противником, наши ассы, как правило, выходят победителями и не несут урона. У нас потери имели место лишь тогда, когда мы применяли оборонительную тактику или в процессе боя заменяли истребителей, не выполнявших почему-либо задачи.

Разберём несколько поучительных боёв.

Патруль из шести самолётов под командованием старшего лейтенанта Д. Глинки был выслан в район боевого соприкосновения наземных войск с задачей: не допускать самолёты противника к нашим боевым порядкам. Патруль осуществлял свободный полёт, ограниченный лишь примерным районом. В случае появления вражеских самолётов патруль должен был завязать бой и запросить по радио подкрепление. Командир патруля эшелонировал самолёты по высоте в три яруса. На высоте 5 тысяч метров шла пара старшего лейтенанта Берестнева, на четырёх тысяч метров – старшего лейтенанта Микитянского. А в середине, на высоте 4,5 тысячи метров, шёл командир старший лейтенант Д. Глинка.

Такой «этажеркой» патруль явился в район боевых действий. Внизу была замечена четвёрка «Мессершмиттов». Зная, что вторая немецкая четверка должна находиться где-то поблизости и выше, старший лейтенант Глинка приказал верхней паре набирать высоту, а нижней – атаковать. Сам он оставался посередине, готовый в зависимости от обстановки притти на помощь той или другой паре.

Атаковав заднюю пару «Мессершмиттов», Микитянский и его напарник нанесли врагу потери, но и сами были атакованы ведущей парой немцев. Наши лётчики манёвром ушли из-под удара, а немцы, выходя из атаки с набором высоты, попали под удар Дмитрия Глинки и его напарника. Оба «Мессершмитта» были сбиты.

Пара Микитянского после атаки набрала высоту и оказалась выше всех, пара Берестнева теперь стала нижней, а командирская пара снова заняла серединное положение. Вся «этажерка» после скоротечного боя быстро приняла свой прежний порядок, переместившись только выше на тысячу метров. Такой чёткий манёвр себя оправдал. Новая четвёрка немцев, пришедшая на помощь потерпевшим «Мессершмиттам», оказалась ниже нашей верхней пары. «Меесершмитты» снова попали в переплёт и потеряли ещё две машины. Сбив пять самолётов, наш патруль без потерь возвратился на свой аэродром.

Так умело проведенный бой, с постоянным захватом высоты и строгим соблюдением дисциплины строя, обеспечил успех. Бомбардировщики противника, зная о поражении своего истребительного прикрытия, чувствовали себя неуверенно и действовали беспорядочно. А наши бомбардировщики бомбили врага без помех. Ненецкие истребители уже не решались нападать на бомбардировщиков, боясь нашего патруля, ставшего хозяином высоты.

Боевой вылет патруля, организованный подобным образом, может служить образцом. Правда, в этом вылете наш патруль не сбил ни одного бомбардировщика, но зато обеспечил высоту другим типам истребителей, сковал боем и нанёс поражение немецким ассам. Пользуясь этим, истребители других полков сбили несколько бомбардировщиков.

Разберём боя, в котором мы понесли некоторые потери. Здесь вылет был спланирован правильно. Две четвёрки наших скоростных истребители, эшелонированные по высоте, являлись сковывающей группой, а восьмёрка самолётов «ЛАГГ-3» шла несколько ниже как ударная.

Наши истребители должны были связать боем вражеское прикрытие и дать возможность «ЛАГГ’ам» прорваться к бомбардировщикам. Мы yже изучили немецкую систему прикрытия бомбардировщиков. Зная, что оно состоит из сильной группы завесы и относительно слабой группы непосредственного прикрытия, мы распределили свои силы так, чтобы сковать боем завесу и оторвать непосредственное прикрытие.

Командир нашей первой четвёрки – старший лейтенант Петров, храбро и умело навязал бой «Мессершмиттам» и не только сковал их, но и нанёс потери. Командир второй четверки – старший лейтенант Д. Глинка увидел отход «ЛАГГ’ов» и приближение большой группы немецких бомбардировщиков к району цели. Он повёл свою группу в атаку на бомбовозы, прорвавшись мимо непосредственного прикрытия. Он не мог допустить, чтобы фашистские бомбардировщики сбросили свой груз на головы наших наступающих войск. Поэтому, идя на риск, Глинка ворвался во вражеский строй, разбил и рассеял всю армаду из шестидесяти машин.

Глинка лично сбил три «Юнкерса-88», но и сам был подбит истребителями прикрытия.

Увидев затруднительное положение товарищей, которые, атакуя бомбардировщиков, сами попадали под удары при выходе из атак, старший лейтенант Петров пришёл им на помощь. Его лётчики стали сбивать истребителей прикрытия и бомбардировщиков, но в свою очередь подверглись атакам тех немецких истребителей, которые теперь занимали господствующее по высоте положение и не были скованы в своих действиях.

В результате боя наши ассы сбили восемь бомбардировщиков и два истребителя, потеряв два самолёта. Лётчики спаслись на парашютах.

Но из-зa неправильного поведения группы «ЛАГГ’ов» вся тяжесть борьбы легла на наших ассов. Если бы задуманное взаимодействие было построено более крепко, мы не понесли бы потерь, а «ЛАГГ’и» сумели бы сбить немало бомбардировщиков. Когда мы осуществляли подобное взаимодействие внутри своею полка, наши ударные группы благодаря решительным действиям сковывающих групп прорывались к бомбардировщикам и с успехом уничтожали их. Так, четвёрка самолётов под командованием асса лейтенанта Лавицкого сбила двух корректировщиков «ФВ-189» и 5 «Мессершмиттов» из восемнадцати, осуществлявших прикрытие корректировки. Наши лётчики потерь не имели.

Следовательно, наши ассы при правильно налаженном взаимодействии истребителей могут обеспечить решающий успех в борьбе с бомбардировщиками противника.

Небольшие потери мы понесли во время прикрытия наших бомбардировщиков, когда сама постановка задачи (держаться как можно ближе к группе непосредственного прикрытия) не позволила нам вести активный воздушный бой и превращала наши грозные для вражеских истребителей самолёты в мишени.

Значит ли это, что ассы не должны участвовать в прикрытии? Нет, безусловно, должны, но пора отказаться от шаблона, который укоренился ещё с тех далеких времён, когда наши истребители отставали по скорости.

Однажды нам приказали сопровождать бомбардировщиков в составе группы непосредственного прикрытия. Выделив из шестёрки машин сковывающую пару, мы принуждены были две пары «привязать» к бомбардировщикам в качестве непосредственного прикрытия. В результате немецкие истребители нанесли нам потери. В то время как одна группа немцев сковала нас боем, другая «поклевала» бомбардировщиков. Меж тем в воздухе было немало наших истребителей. Ниже нас группа «ЛАГГ’ов» прикрывала штурмовиков; немного в стороне другая группа прикрывала пикировщиков. Но никто из них не смог притти нам на помощь, потому что каждый командир отвечал за доверенные ему самолёты и был привязан к ним.

Немцы учли, какую опасность представляют собой наши скоростные истребители, и выделили для борьбы с ними специальную группу «охотников» на своих лучших машинах.

Taким образом, наша скованность – плод шаблонно поставленной задачи – была для них находкой.

Сколько бы ни было в воздухе «Мессершмиттов», они ведут себя вяло и не решаются атаковать бомбардировщиков, если знают, что на высоте господствуют наши ассы. Стало быть, ассам при сопровождении бомбардировщиков необходимо предоставлять активную роль. Более высокая техника машин требует и новой тактики сопровождения.

Раздаются иногда голоса, что ассы, летающие на скоростных машинах, должны заниматься только свободной «охотой». Это неверно. «Охота», разумеется, – большое удовольствие для ассов, но не основное занятие. Ассы на скоростных машинах должны быть авангардом истребителей в борьбе за господство в воздухе.

Эта борьба слагается из многих элементов. В каждом случае ассы могут и должны играть ударную роль. При налётах на вражеские аэродромы они обязаны лететь впереди, отметая вражеские патруля, не допуская подхода вызванной по радио помощи. На своих машинах ассы могут блокировать всю сеть аэродромов противника, работая парами, сменяющими друг друга. Обеспечивая действия своих бомбардировщиков, ассы должны вылетать вперёд в качестве «стальной метлы» или итти в маневренной группе для отражения наскоков вражеских истребителей, нападающих со стороны солнца с большой высоты.

Чтобы парировать такие атаки, ассы должны и в сопровождении обеспечивать высоту со стороны солнца. Идущая свободно пара ассов, держась угрожаемой стороны, будет полезней шестёрки, привязанной к хвостах бомбардировщиков на расстоянии ста–двухсот метров.

При нападении на вражеских бомбардировщиков ассы должны отметать истребителей непосредственного прикрытия и идущих на дальних подступах, предоставляя маневренным типам наших истребителей уничтожение бомбардировщиков. Жизнь показала, что ассу легче сбить вражеский истребитель, чем среднему лётчику. А средний лётчик-истребитель легко сбивает бомбардировщика, если ему не мешают вражеские истребители. Поэтому асс на скоростной машине, – прежде всего истребитель истребителей.

Весенние бои на Кубани показывают, что правильно организованное взаимодействие разных типов истребителей даёт наилучшие успехи, когда ассы используются как ударная сила, как подлинный авангард.

Подполковник Ибрагим Дзусов.