Бугай Николай Максимович

Ерохин Василий Егорович

Иваненко

Томильченко Анатолий Николаевич

Шеховцев Роман Степанович

Эль-Регистан Габриэль Аркадьевич (автор)

* * *

Принадлежность:

728 иап

Эль-Регистан 

Встречи
// Сталинский сокол 07.08.1942

Старинный русский городок этот сохранил следы одиннадцати фашистских бомбардировок. С гнусной методичностью бомбили немцы жилые дома города и такие «военные об'екты», как школа-десятилетка, продмаг Райторга и парикмахерская артели «Рекорд».

Дом Евтихия Семенова, где мы встретились, был одним из немногих уцелевших. Трехлетняя дочь хозяина, сидя на коленях капитана, наслаждалась шоколадной конфетой. Политрук предлагал хозяину и хозяйке отведать армейских консервов. Старший лейтенант цедил из самовара чай, младший – курил папиросу.

– Нет лучшего истребителя, – оказал он, затягиваясь, – чем «МИГ».

– А на средних высотах, – откликнулся старший лейтенант, – «ЯК». Вот настоящая машина! Зверь! Легкость управления. Скорость. Вооружение.

Оба они с интересом повернулись к капитану: – А вы на какой ходите?

Мы знали его историю. Капитан, великолепный истребитель, под яростным огнем прикрыл в бою загоревшийся самолет товарища. В плечевой сустав и лопатку капитана впилось множество осколков снаряда, но он нашел в себе силы перетянуть машину за линию фронта.

Три месяца лечился летчик в госпитале. Полк дважды посылал своего врача навестить капитана – командира эскадрильи. Недавно к полку были получены «разведданные», что кое-кто хочет перехватить, по выздоровлении, знаменитого истребителя, выпестованного коллективом. В госпиталь был командирован политрук, и теперь в его сопровождении капитан возвращался в часть.

– Я хожу на «И-16» и предпочитаю ее всякой машине, – сказал капитан, вытирая платком вымазанные шоколадом губы хозяйской девчушки.

На «ишаке»?! – воскликнули оба лейтенанта с оттенком удивления в голосе.

Греха таить нечего – среди истребителей, работающих на последних советских моделях, иной раз замечается некоторое пренебрежение к этой, похожей на ястреба, лобастой машине, которая фактически положила начало блестящей плеяде наших скоростных истребительных самолетов.

– Да, я хожу на «шпаке» и буду ходить на нем, – сказал капитан. Посадив верхом на колени девочку, он спросил:

– Хочешь, я тебя забодаю?

Грозный истребитель, сложив из пальцев рожки, щекотал девчушку, явно смущенную легкомыслием военного дяди с двумя орденами на груди.

– Я, конечно, столяр, но в воздушной авиации тоже разбираюсь, – неожиданно вмешался хозяин дома. – Работал и я на аэродроме. Н-да... И я, извините, скажу: напрасно вы ее «ишаков» называете, – повернулся он к лейтенантам. – Для машины это прозвище, я полагаю, обидное. Возьмем, к слову. Работаю я на аэродроме, санитарному самолету кое-что подлаживаю. На поле – никого! И вот садится «ишак»... Извините, «И-16»... Только земли коснулся, из облака вдруг фриц является. Из тех, которые наш город бомбили. Н-да!.. Наш «И-16» сразу взмыл в небо и бросился на фрица. Летчик зашел ему в хвост. Прилип и гонит. Гонят, гоняет его, а стрельбы, между прочим, не даст. Может, патронов у него нет, может, какое другое соображение имеется – это нам неизвестно. Ну, только вдруг, как он ткнет немца носом, и тот – в землю. Р-р-раз!.. Фриц на своих бомбах взорвался. То-есть, бесследно! От воздуха у моей «санитарки» начисто хвост оторвало. Пришлось наново за работу приниматься. Вон какие дела. Н-да!

Капитан передал матери заснувшую у него на руках доводку.

– Да, я хожу на «И-16»... Хорошая машина! – добавил он убежденно. – Но если мне дадут другой самолет, я буду и на ней бить немцев. Бить, бить, бить!

* * *

Мы расстались на рассвете, усыхав каждый своей дорогой, дорогой войны. Но об этой встрече я вспомнил, когда был в одной истребительной авиачасти. Летчики-истребители самоотверженно сражаются с врагом. По первому слову командира они готовы взлететь в воздух, в любую погоду вступить в воздушный бой с каким угодно количествам немецких самолетов. И не только вступить в бой, но и выйти из него победителями!

О том, что это не пустые слова, свидетельствуют две краткие цифровые справки. С момента прибытия на фронт истребители части сбили 74 фашистских самолета, потеряв 7 машин. Только за 4 дня в июле немцы не досчитались при встречах с «И-16», на которых летают истребители части, 16 бомбардировщиков «Ю-88», 3 «Ю-87», 1 «Фокке-Вульф», 5 «Ме-109» и «Ме-109ф».

Чисто работают самолеты «И-16» в умелых руках людей, которых взрастил и воспитал командир этой части. Опытный командир, он использует каждый бой для того, чтобы, проанализировать поведение экипажей, вооружить их еще большим мастерством.

Истребители части, как правило, навязывают противнику свою несгибаемую волю. Они способны на любые жертвы, на смерть во имя торжества нашего дела, во имя победы. Отомстить! Отомстить за все, что творят в нашей стране подлые кровопийцы! И не оставлять товарища в беде, прикрыть его своим телом от огня, погибнуть самому, но его выручить.

30 «Юнкерсов-88» направлялись к расположению наших передовых частей. 10 истребителей мгновенно вылетели им навстречу. Их вел старший лейтенант Шеховцев, признанный мастер воздушного маневра. Шеховцев ринулся к лидеру бомбардировщиков и одним ударом сбил его на немецкие окопы. Заменяющий лидера выдвинулся было, но и его сбила группа «ястребков». Это оказало паническое воздействие на немцев. Они в беспорядке разлетелись, и бомбы полетели из их люков на головы немцев.

Вскоре появилась вторая группа: 30 «Юнкерсов-87» в сопровождении 15 «Ме-109ф», шедших немного в стороне. Шеховцев был готов и к этой встрече – за 200 боевых вылетов он досконально изучил методы фашистов.

4 истребителя его сковывающей группы под командой старшего лейтенанта Иваненко бросились на «Мессершмиттов». 4 истребителя ударной группы во главе с Шеховцевым ринулись на бомбардировщиков. Ее прикрывали 2 воздушных снайпера – младшие лейтенанты Бугай и Томильченко. Они не давали «Мессершмиттам» мешать работать Шеховцеву. А Шеховцев работал, как часы: две атаки и два «Юнкерса-87» с полной бомбовой нагрузкой полетели вниз на немецкие окопы. Остальные заметались в панике больше, чем бомбардировщики предыдущей группы.

В этот момент один из «Ме-109» атаковал Шеховцева. Томильченко увидел это и пошел выручать товарища. Зайдя в хвост противнику, он уничтожил его своим огнем. Но два других «Ме-109ф», улучив секунду, зашли в хвост Томильченко. Им навстречу бесстрашно ринулся сержант Ерохин. Его машина мчалась в лоб фашистам, сближаясь с ними со страшной быстротой. Немцы отвалили в сторону!

Тем временем на землю полетели пылающие факелы, еще два «Мессершмитта», сбитые сковывающей группой Иваненко. Остальные поспешно очистили воздух.

Встреча закончилась со счетом 7:0 в пользу «И-16». Ни одна машина, ни один наш летчик не пострадали ни на йоту.

Этот бой, как и все предыдущие, которые неизменно приносили победу в воздухе авиачасти, показал мастерство советских летчиков, сражающихся за свою родину, показал высокое качество наших советских машин.

«И-16» очень маневренная машина. Истребители до конца используют ее положительные черты. Навязывая воздушные схватки фашистским летчикам, они сводят их к бою на виражах, в котором они – подлинные виртуозы.

Истребители ходят по небу на своих вертких и злых машинах, сшибают фрицев с неба, а работникам БАО приходится ездить на автомашинах и тракторах, подбирая то, что сбрасывают им сверху летчики части.

Война ведь – большое хозяйство, а в хорошем хозяйстве ничто не должно оставаться втуне. Больше 500 тонн одного лишь лома цветного металла от сбитых вражеских машин подобрали за май, июнь и июль работники батальона аэродромного обслуживания и в том числе 68 почти целых самолетов.

Эль-Регистан.
Действующая армия.