Покрышев Петр Афанасьевич

Чирков Андрей Васильевич

Сожин Григорий Борисович (автор)

* * *

Принадлежность:

154 иап

Майор Г. Сожин 
// Сталинский сокол 27.08.1943

Советский ac

Андрей Чирков, затаив дыхание, слушал концерт симфонического оркестра. Мягкие звуки скрипки переплетались с нежными голосами флейт и суровыми переливами труб. Он очнулся уже тогда, когда дирижёр в третий раз низко раскланивался публике, восторженно аплодировавшей изумительному исполнению.

Чирков встретил улыбающийся взгляд Покрышева – своего любимого и близкого друга.

– Здорово, Петька, верно, здорово?

– Если уж твоё сердце тронуло, – значит действительно здорово, – согласился Петр с Чирковым. Они вышли из филармонии и пропали во тьме ленинградских улиц. Это был поразительный контраст – ослепительный свет, красота и уют только что покинутого огромного зала и суровый своей молчаливостью и мраком широко раскинувшийся огромный город.

С тех пор, как Покрышев и Чирков были в Ленинграде, прошло много месяцев. Фронтовые будни, жаркие битвы в воздухе всё больше и больше сглаживали воспоминания о концерте, о выщербленных артиллерийскими снарядами стенах домов, о горожанах, на лицах которых была написана строгость.

Но как-то довелось Чиркову вспомнить концерт в филармонии. В эту секунду он так же, как и тогда, неожиданно очнулся от забытья и крикнул во всю мочь: «Здорово, Петька, молодец!» Стоявшие рядом с ним лётчики, командир полка оторвали свой взгляд от воздушного боя, происходившего над аэродромом, и удивлённо взглянули на Чиркова.

– Музыкант, настоящий артист! – с жаром говорил Чирков.

Сравнение было непонятным. Чирков почувствовал это и отрывистыми фразами, словами, не связанными друг с другом, выразил свою мысль – он преклонялся перед Покрышевым за филигранную, артистически виртуозную работу в воздухе.

Чирков, имеющий на своем счету около двух десятков лично сбитых самолётов, Чирков – лётчик, смелее которого найти трудно, вскоре Попросил Покрышева подняться с ним в воздух: он строго будет повторять эволюции, проделываемые им. И когда Чирков по-покрышевски, его «почерком» начал делать иммельманы, бочки и т. п., он заявил: «Сейчас мне кажется, я по-настоящему владею техникой пилотирования».

Если Покрышеву подражают, у Покрышева учатся такие воздушные воины, как Чирков, то для остальных он настоящий бог в воздухе. Покрышев, невысокий и хрупкий на вид, творит чудеса в бою. У него нет критерия – количественное преимущество противника. Для него существует противник, враг, которого он ищет, с которым дерётся и которого побеждает.

Покрышев уже сидел в самолёте, чтобы перелететь на другой аэродром. В это время по боевой тревоге подняли группу наших истребителей. И Покрышев, всегда жаждущий боя, полетел в догонку за ними. Он подоспел в тот момент, когда сражение уже началось. Часть наших самолётов связалась с вражеским сопровождением, другая – атаковала «Юнкерсы». Покрышев ринулся на левого ведомого того звена «Ю-88», которое оказалось ближе к нему. После двух точных атак «Юнкерс» загорелся.

Покрышев вышел из боя и справа увидел шестёрку истребителей.

То сзади, то спереди на него наседали фашистские лётчики. И всё же герой добился второй в этом бою победы – он сбил «Фокке-Вульфа». Но вот сверху свалились ещё два «Фокке». Покрышев дрался с ними, когда у него уже был израсходован весь боекомплект.

Самые сложные фигуры высшего пилотажа проделывал талантливый советский ас, оттягивая бой в район своего аэродрома. На земле заметили, как блестяще уходил от атак немцев неизвестно кем ведомый «Лавочкин-5»... Покрышев развернул свою машину на левую плоскость. Немцу показалось, что «Ла-5» делает переворот, и он также с переворотом пошёл за ним, но был обманут и потерял из виду наш истребитель. Этого и добивался Покрышев.

Хитрость в бою – черта бывалого, отличного воина. Такой он и есть. Петр Покрышев – гроза немецких лётчиков. Слегка прищурив глаза и широко улыбаясь, он рассказывает, как ему удастся перехитрить немцев, поймать их на удочку.

В день, когда Петру Афанасьевичу Покрышеву присвоили звание дважды Героя Советского Союза, ему исполнилось 29 лет. Это был самый лучший подарок сталинскому соколу. И гости, разделявшие необычайную радость с именинником, провозглашали тосты за здоровье героя, за воинское мастерство, за воинскую хитрость и смётку в бою.

Майор Г. Сожин.

Ленинградский фронт.