Алелюхин Алексей Васильевич

Балашов Василий Дмитриевич

Баранов

Глинка Дмитрий Борисович

Дзусов Ибрагим Магометович

Дехтярев

Еремин Борис Николаевич

Карасев Александр Никитович

Ковачевич Аркадий Федорович

Кузнецов

Маковский Спартак Иосифович

Меркулов Владимир Иванович

Морозов Анатолий Афанасьевич

Орлов

Покрышкин Александр Иванович

Речкалов Григорий Андреевич

Рябчевский Михаил Федорович

Свертилов Алексей Иванович

Ситкин Михаил Александрович

Тараканчиков Николай Ильич

Чумаченко Леонид Карпович

Чучев Григорий Алексеевич

Леров Леонид Моисеевич (автор)

Старший лейтенант Л. Леров 
// Сталинский сокол 27.10.1943

Как сражались советские летчики

За Мелитополь

От специального корреспондента «Сталинского сокола»

Пленный немецкий солдат Ганс Уберлихт на допросе показал: «Командование сказало нам, что дальше этого рубежа русские не пройдут. Здесь закончится их наступление». Это было в дни, когда войска Южного фронта, очистив от немцев Донбасс, вышли на простор запорожских степей и остановились под Мелитополем, у реки Молочной. Враг встретил наши войска на заранее подготовленной линии обороны. Это был рубеж, о котором говорил Уберлихт. Здесь, на берегу степной реки, немцы еще много месяцев назад начали создавать свою оборонительную линию. Они хорошо понимали стратегическое значение этого рубежа: отсюда открывалась дорога в Крым, к низовьям Днепра.

В жаркий день летчик Герой Советского Союза Балашов получил боевое задание − разведать и сфотографировать оборонительную полосу противника на участке Васильевка − Мелитополь. Так началась большая работа воздушных следопытов. Они должны были вскрыть оборонительные сооружения противника, сфотографировать Днепр от Запорожья до Херсона, зафиксировать все переправы врага. Летчики подразделения Еремина, прославленные разведчики-истребители, в день совершали по 40–45 вылетов на визуальную разведку укрепленной полосы немцев. Ночью их сменяли летчики Кузнецова, летавшие на «У-2», и летчики-гвардейцы Чучева, ходившие в далекие рейды на пикирующих бомбардировщиках.

Летчики 8-го, ныне Мелитопольского отдельного дальнеразведывательного авиационного полка полковника Ситкина вели тщательную разведку укреплений противника. Они не раз появлялись в тылу врага, летая над историческими местами боев.

В процессе тщательной воздушной разведки вырисовывались детали вражеской обороны. Это была полоса с многочисленными и глубокими противотанковыми рвами. Во многих местах рвы были заполнены водой. Окопы, проволочные заграждения, дзоты, а местами и бронированные колпаки преграждали путь нашим частям, вышедшим на восточный берег реки.

Перед фронтом наших войск на узком участке противник сосредоточил много пехотных и танковых дивизий, а также огромное количество авиации, главным образом бомбардировочной.

Начиная с середины сентября, противник, прикрываясь арьергардными частями, отводил главные силы на запад, на заранее подготовленные оборонительные рубежи. К 21 сентября он занял главный рубеж обороны, названный немцами «Восточные ворота в Крым».

В конце сентября после мощной артиллерийской подготовки и массированных ударов «Ильюшин-2» и «Петляков-2» наши войска форсировали реку в нескольких местах. Развернулись ожесточенные бои в глубине вражеской обороны.

Авиация противника в это время все свои удары направила на наши боевые порядки, главным образом на конницу и мотопехоту. Из-за нехватки истребителей немецкие бомбардировщики вынуждены были действовать без прикрытия. Для уменьшения потерь они снаряжали большие группы, применяя строй, обеспечивавший круговую оборону. Чтобы отвлечь наши истребители от основной группы бомбардировщиков, немцы пускали вперед хорошо слетанную небольшую группу бомбардировщиков с лучшими стрелками. Так, в частности, противник организовал один из своих массированных налетов 50 «Хе-111», выпустив вперед 6 «Хе-111», шедших плотно сомкнутым строем. Наш натруль − 8 «Яковлев-1» − набросился на эту шестерку, но за первой шестеркой, выше ее на 200 метров, появилась девятка «Хе-111», за ней на высоте 3.500 метров − еще девятка и т. д. Бомбардировщики налетали волнами от 6 до 12 самолетов.

До прихода бомбардировщиков (за 5–10 минут) над линией фронта появлялась группа вражеских истребителей с задачей сковать наш натруль. В эти же дни усиленно действовали «Хе-129», используемые немцами как штурмовики. Иногда для штурмовки немцы применяли и «Ю-87».

Советские истребители из подразделений Дзусова и Морозова в эти дни провели десятки групповых воздушных боев, прикрывая войска. Такие мастера воздушного боя, как дважды Герой Советского Союза Покрышкин и Дмитрий Глинка, такие советские асы, как Алелюхин, Амет-Хан, Ковачевич, Речкалов, сразу разгадали тактику противника, тактику сковывания боем наших натрулей (плотной группой бомбардировщиков либо небольшой группой истребителей). Эшелонируясь по высоте, истребители показали свое умение взаимодействовать нарами в борьбе с бомбардировщиками. При этом они порой не гонялись за числом сбитых самолетов, а добивались в первую очередь срыва бомбометания по нашим боевым порядкам.

Так поступила группа гвардии капитана Алелюхина. Летчики находились на высоте 4.000 метров. Наблюдая за воздухом, они заметили, что выше их идут до 6 групп «Хе-111» по 8–9 самолетов в каждой группе. Алелюхин по радио приказал ведомым итти с набором высоты и с хода врезаться в строй бомбардировщиков. Первую девятку атаковали 4 истребителя во главе с гвардии старшим лейтенантом Карасевым. Противник не успел оказать серьезного сопротивления. Один «Хе-111» был сбит, а остальные рассыпались и повернули на запад.

Вот другой характерный пример того, как умело наши истребители нарировали удары немецких бомбардировщиков. Над войсками натрулировала восьмерка «ЯК'ов», ведомых старшим лейтенантом Маковским.

Когда уже истекло время натрулирования, Маковский получил сигнал станции наведения о том, что к фронту приближаются 30 «Ю-87» под прикрытием 4 «Ме-109». Горючее было на исходе, но Маковский решил всё же атаковать бомбардировщиков еще на подступах к цели. Ударная группа по приказу ведущего атаковала «Ю-87», шедших на высоте 2.500 метров. Строй их был разбит. Немцы потеряли 3 самолета. Чтобы облегчить работу ударной группы, нара Меркулова связала боем 4 «Ме-109». Меркулову удалось увести «Мессершмиттов» в сторону и предоставить свободу действий своим товарищам. Сам Маковский также вступил в бой с бомбардировщиками. Немцы вынуждены были сбросить бомбы на свои войска и обратиться в бегство.

Наши истребительный натрули прикрывали свои войска и в ночное время. В борьбу с бомбардировщиками противника в воздухе включились и штурмовики. В частности, одно из подразделений «ИЛ'ов» получило специальную задачу − прикрывать наши войска комбинированными группами истребителей и штурмовиков.

Немецким бомбардировщикам, несмотря на большое их количество, как правило, не удавалось срывать работу нашей пехоты и мотомехвойск, постепенно вгрызавшихся в глубь вражеской обороны. Немцы понесли на первом этапе большие потери и в воздухе и на земле. Потери в воздухе сказались на моральном состоянии немецких летчиков. Бомбардировщики вынуждены были резко повысить высоту бомбометания, чаще стали уходить на солнце или попросту разворачиваться на запад, увидев наших истребителей, либо штурмовиков.

9 октября, после некоторой перегруппировки сил, наши войска перешли к решительному штурму последних вражеских укреплений. Этому предшествовал ряд ударов по аэродромам противника и его коммуникациям. В частности, исключительно эффективным был налет штурмовиков подразделения Чумаченко на большое скопление эшелонов на станции Мелитополь. Этот хорошо продуманный удар дал большой эффект. Дешифровка аэрофотоснимков показала, что прямыми попаданиями бомб в эшелоны удалось уничтожить много вагонов, взорвать склад боеприпасов и ГСМ.

Развернулась ожесточенная битва за каждый рубеж, высоту, опорный пункт. Немцы бросали в контратаки большие группы танков и «Фердинандов». Но, несмотря на прочность вражеской обороны, наступающим войскам удалось расширить пробитую брешь, овладеть важными опорными пунктами и с юга и юго-запада выйти к предместьям Мелитополя.

В эти дни огромную помощь наземным войскам оказали штурмовики. Вся их работа, начиная с момента авиационной подготовки перед первым броском пехоты в атаку и кончая ударами по отдельным артбатареям, строилась в тесном взаимодействии с наземными войсками. Много немецких танковых контратак было сорвано в эти дни штурмовиками, работавшими смело и мастерски. Ведущие групп Тараканчиков, Орлов, Рябчевский, Дехтярев в строю круг по 20–25 минут обрабатывали танки и огневые позиции немцев.

Когда наши войска сломали оборону противника и на юге от Мелитополя создали плацдарм для штурма города, немцы 45 танками и самоходными орудиями пытались вытеснить нашу пехоту с этого очень важного плацдарма. Более 200 самолето-вылетов сделали штурмовики Н-ской части в один день, нанося удар за ударом по контратакующим танкам немцев. Контратака была сорвана. В это же время другие группы «ИЛ'ов» бомбили и штурмовали артиллерийские и минометные позиции немцев на южной окраине Мелитополя. Несколько дней шли упорные бои на подступах к Мелитополю. Днем и ночью наши летчики расчищали путь пехоте. Противник еще более усилил активность своей бомбардировочной авиации. Над полем боя вновь разыгрались ожесточенные воздушные сражения. В один из таких дней наши летчики сбили 14 немецких самолетов.

После многодневных упорных уличных боев советские войска перешли в решительное наступление. Перед авиацией была поставлена задача − последовательными налетами штурмовиков уничтожать артиллерию, минометы, танки и живую силу противника в районе вокзала и в южных пригородах Мелитополя.

С утра подул резкий степной ветер. Казалось, что взлет самолетов при столь сильном ветре с открытого, оборудованного в степи аэродрома невозможен. И тем не менее штурмовики Н-ского подразделения нашли в себе достаточно мастерства, чтобы в этот решительный час штурма Мелитополя поднять в воздух свои грозные машины.

Ровно в 8 часов 30 минут утра с аэродрома взмыли в воздух первые две группы «ИЛ'ов», ведомые Свертиловым и Барановым. Вслед за ними через 25 минут взлетела третья группа. Над НП пехотинцев летчики перестроились в пеленг. С земли еще раз последовал приказ делегата авиации:

− Бить цели № 1 и № 2!

Это и был район, где враг продолжал сосредоточивать танки и артиллерию. Через 20 минут над пехотой появились еще две группы. Их огонь был направлен на подавление огневых точек артиллерии, мешавшей продвижению войск юго-западнее города.

Летчики работали с яростью воинов, идущих на последний штурм. Много слов благодарности пехоты раздавалось в эти часы.

В течение двух часов важнейшие огневые рубежи обороны противника были подавлены мощью нескольких десятков штурмовиков. Пехотинцы потребовали помощи авиации для уничтожения последнего очага сопротивления немцев в Мелитополе − танков и самоходных пушек на западной окраине города, в треугольнике железных дорог. Три группы штурмовиков выполнили заказ пехоты, а тем временем еще несколько групп «ИЛ'ов» уничтожали отходящие колонны противника западнее Мелитополя.

Истребители, сопровождавшие штурмовиков, донесли, что наши танки уже двигаются по дорогам на запад от Мелитополя, вперед, к низовьям Днепра.

Восточные ворота в Крым, об'явленные немцами неприступной крепостью, рухнули. Город Мелитополь стал советским.

Старший лейтенант Л. Леров.