Зеленов

Юрков Анисим Иосифович (автор)

* * *

Принадлежность:

8 ВА

Капитан А. Юрков 

Заметки делегата авиации
// Сталинский сокол 18.12.1942

У танкистов

Делегат авиации – для меня это уже не новая работа. Но сейчас меня посылали не в обычную наземную часть. Я получил назначение делегатом авиации к танкистам – самым подвижным наземным войскам.

С командиром танковой части мы договорились о самом главном: как будет построено взаимодействие танков и авиации, установили сигналы, обозначающие наши войска.

Танкисты предоставили в мое распоряжение все необходимые средства связи. Для уточнения вопросов взаимодействия авиации и танков было созвано специальное совещание командиров. Я сообщил танкистам, как будут обозначены наши самолёты.

Пошли напряжённые дни ожидания приказа о наступлении. Наконец, он пришёл. На одной из бронемашин вместе с передовыми танками я выдвинулся на исходный рубеж.

И с этого момента каждые полчаса рация подразделения передавала в авиационный штаб мои сообщения о продвижении танкистов. По кодированной карте я передавал местонахождение передовых танков. Потом с бронемашины я пересел на танк. Бок о бок со мной сидели десантники, вооружённые автоматами. В 400 метрах от наших передовых танков двигалась рация. Там находился мой помощник – младший лейтенант Зеленов. Мне достаточно было назвать ему номер квадрата кодированной карты – и авиационный штаб получал все нужные сведения.

Через 4 часа я передал первую победную радиограмму:

– Наши танки заняли Н-ский пункт.

За один день мы прошли 30 километров. Я непрерывно поддерживал радиосвязь с авиационным штабом. Однако низко над землёй стлались облака, повис густой туман. С тоской поглядывал я на небо – погода плохая. В воздухе не показывался ни один самолёт. Танки двигались вперёд, действуя без авиации. Впрочем, пока ещё и не ощущалась особая нужда в ней.

Но вот, наконец, наступил день, когда прояснилось небо и рассеялся туман. Можно будет ударить по врагу и с воздуха.

С утра танкисты получили задачу – занять один пункт, сильно укреплённый немцами. Было решено послать десять танков. Когда до пункта осталось 400–600 метров, враг открыл огонь из всех своих противотанковых орудий. Сила огня была настолько велика, что несколько танков остановилось. Автоматчики соскочили с танков и окопались. Было ясно: сквозь огонь противотанковых орудий не прорваться.

Меня вызвал командир части:

– Атакой в лоб укрепленный пункт не взять. Немцы здесь сосредоточили большое количество противотанковых орудий. Требуется помощь авиации. Как вы считаете, погода позволяет работать авиации?

– Позволяет.

– Давайте заявку на авиацию. Задача – подавить огонь противотанковых орудий на юго-западной окраине пункта.

С КП была хорошо видна вся местность. 500-600 метров отделяло меня от ДЗОТ’ов. Враг всё ещё продолжал изредка обстреливать наших автоматчиков. Я сориентировал карту, уточнил место расположения ДЗОТ'ов. Через несколько минут передал по рации авиаштабу заявку танкистов. Указал расположение ДЗОТ'ов, сигналы опознавания танков и переднего края наших автоматчиков. Было условлено: точно в 13 ч. 15 м. «ИЛ'ы» должны появиться над вражескими ДЗОТ'ами, а следом за ними в атаку ринутся танки.

На земле стали готовиться к появлению штурмовой авиации. Автоматчики выложили квадрат из белого полотна – 1 X 1 м. Кроме того, в каждой роте имелись ракетницы. На башнях танков также появились белые квадраты, и у танкистов были на крайний случай заготовлены ракеты.

13 час. 10 мин. На КП царило напряжённое ожидание. Командир подразделения танкистов выжидающе смотрел на небо. Кажется, больше всех волновался я. И это понятно. Делегат авиации в эти минуты несёт на себе вою полноту ответственности за каждую ошибку авиации. Фактор времени во взаимодействии авиации и танков решает всё. В точно условленную минуту танки должны ринуться вперёд. А что если в эти же минуты, т. е. с опозданием, над целью появятся «ИЛ'ы»? Эти и подобные вопросы проносились в моей голове, когда до слуха донесся знакомый гул моторов. Я посмотрел на часы – 13 час. 14 мин. В воздух взвились сигнальные ракеты.

Прошла минута, и «ИЛ'ы» компактной девяткой пронеслись над нашими танками, а через несколько секунд земля содрогнулась от взрывов бомб. В воздух взлетели столбы песка и щепок, сквозь дым начали пробиваться языки пламени. В неописуемом грохоте я услышал крики «ура» автоматчиков. Трудно передать словами тот под'ём, который царил у танкистов, наблюдавших действия штурмовиков.

Прошло 3 минуты, и наступившую было тишину вновь нарушил грохот – пошли в атаку танкисты. Я находился на одном из передовых танков вместе с десантом автоматчиков. Было радостно наблюдать, как молчала вражеская противотанковая артиллерия. Лишь изредка раздавались робкие, одиночные выстрелы.

Авиация сделала своё дело. Противотанковая артиллерия была подавлена, ДЗОТ'ы разрушены. Не встретив серьёзного сопротивления, наши танки ворвались в укреплённый вражеский пункт. «ИЛ'ы» превратили ДЗОТ'ы в развалины.

Через 10 минут рация передала в авиационный штаб мое сообщение:

– Наши заняли Н-ский пункт. Танкисты просят передать горячую благодарность лётчикам.

Это была победа правильного взаимодействия танков и авиации. Так прошёл один из 20 дней моего пребывания у танкистов.

Капитан А. Юрков.
Район Сталинграда.