Газета Сталинский сокол -- 1941, 24 сентября


Бородай Борис Герасимович

Бурма Иван Гаврилович

Воробьев Григорий Семенович

Дьяченко Иван Миронович

Быстров Александр Николаевич

Яковенко Владимир

Лукьянченко Алексей Павлович

Педенко Алексей Семенович

Сопов Григорий Дмитриевич

Телешев Алексей Васильевич

Пучков Михаил Александрович

Богданов Николай (автор)

Балабан

* * *

Принадлежность:

402 иап; 243 шап

Ник. Богданов 

Сержанты
// Сталинский сокол 24.09.1941

Опытный истребитель капитан Бородай сопровождал в бой группу штурмовиков.

Вот впереди показалась фашистская мотомехколонна.

– Ну, сейчас начнется...

И вдруг из-за облаков появились фашистские истребители.

– Пять, шесть, десять, – быстро считал капитан, – еще четверка!

Крепко прикрыли фашисты свою мотомехколонну. Пятерка фашистских самолетов сковала звено наших истребителей, а девятка бросилась на штурмовиков.

Капитан яростно атаковал одного фашиста и, сбив его, бросился на второго, попытавшегося зайти с хвоста.

Фашисты попались матерые. Драка затянулась. Когда Бородай отделался и от второго, он взглянул вниз, ища глазами штурмовиков. И тут увидел незабываемую картину.

Над фашистской мотомехколонной, поливая ее огнем пулеметов и пушек, словно прогуливались наши штурмовики. По их следам все горело. Полыхали взрывы. Летели вверх обломки автомашин и танков. А сверху на штурмовиков непрерывным конвейером яростно пикировали немецкие истребители.

Не обращая внимания на «Мессершмиттов», штурмовики продолжали методически обстреливать колонну.

Уничтожив ее до конца, они прижались к земле и помчались обратно, лавируя между холмов и лесов.

– Вот это мастера! – восхитился Бородай.

Вместе с ним на аэродром прилетел гость. Это был штурмовик, из-за повреждений недотянувший до своего аэродрома. Капитан, грудь которого украшали три ордена, подошел к самолету. Он ждал, когда выйдет пилот, вероятно, капитал или майор, судя по мастерству и уверенности, с которыми он вел себя в воздухе.

Из кабины появился хозяин грозной машины и торопливо взял под козырек, показав отличную воинскую выправку недавнего курсанта.

– Сержант Бурма, – отрекомендовался он.

Иван Бурма, повстречавшийся капитану в воздухе и на земле, – один из славных сержантов, воспитанных и выпущенных в Действующую армию капитаном Балабаном. Бывший моряк, замечательный пилот и учитель капитан Балабан воспитывал их сурово, – неженка не годится в летчики.

Это сказалось в боевой обстановке.

Полк майора Воробьева, в который пришли сержанты, воспитанные капитаном Балабаном, одним из первых получил на вооружение новые штурмовики. Война не ждала. На освоение машин полку дали всего несколько дней.

– Ну, как думаешь, товарищ, сказал командир полка комиссару Дьяченко. – Не подведут нас сержанты?

Комиссар и сам с трепетом смотрел, как садились молодые бойцы в кабины новых машин. Но внутренне он был в них уверен. Дети украинских колхозников, донецких шахтеров и криворожских рабочих, они рвались в бой.

Первых поднялся в воздух Бурма, черноглазый украинский хлопец, с румяными щеками, несколько медлительный и угловатый на вид. Первый круг, второй, плавная посадка. За ним Лукьянченко. За них Яковенко. И пошли!

Через несколько дней командир полка доложил высшему командованию:

– Полк готов к выполнению боевых заданий.

Через три дня сержанты уже маскировали свои грозные машины на аэродроме.

Каждый человек на всю жизнь запоминает свое боевое крещение.

– Я очень волновался, – рассказывает Лукьянченко, – когда мы летели в первый бой.

Найдем ли мы врага, сумеем ли обрушить на него всю мощь нашей боевой техники? Вылетели мы с комиссаром. Смотрю – ползет по дороге фашистская колонна, извиваясь как гадюка... Первым ударил комиссар товарищ Дьяченко. Сверкнуло пламя. Снаряды ударились в грузовики. Я видел, как взметнулись вверх куски машин, солдаты. Ударил в колонну и я. Когда вернулись, стали подсчитывать – кто сколько перебил фашистов. А Яковенко говорит: «Да что считать, будем истреблять пока все кончится!» Нам тут же захотелось лететь второй раз. Очень горячится сердце, когда видишь результат.

После нескольких боевых вылетов сержанты закалились. Они стали умелыми, яростными воинами и действуют так, что ни огонь зениток, ни прикрытие истребителей не спасает немцев.

Однажды прямых попаданием фашистский снаряд почти отбил хвост самолета, на котором летел сержант Быстров. Машина уже теряла управление, когда сержант заметил внизу новое скопление фашистских машин. Быстров развернулся, обрушил на них все оставшиеся боеприпасы и только после этого полетел к своему аэродрому.

Когда он появился, все товарищи ахнули. Самолет шел, задрав нос кверху, а хвост тащился, почти задевая верхушки деревьев. Быстрову чудом удалось посадить машину. Как только он коснулся земли, хвост отвалился.

В боях с ненавистным врагом смертью героя погиб один из молодых сержантов – Владимир Яковенко. Многочисленными, уничтожающими штурмовыми атаками врага поминают его товарищи.

Геройски сражаются с ненавистным фашизмом молодые патриоты Бурма, Лукьянченко, Педенко, Сопов, Телешев, Пучков и другие водители грозных воздушных машин.

Ник. Богданов.

Действующая армия. (Наш спец корр.).